До последнего слова  - Тамара Айленд Стоун

– Ну давай… прочти мне это стихотворение, Сэм.

Сэм. Люблю, когда он так меня называет, но только не сейчас. Я обезоружена.

– Не могу. Я сочинила его секунд за двадцать. Оно никуда не годится.

Он окатывает меня брызгами, но как-то бережно, с осторожностью.

– Извини. Бумажных шариков у меня нет, – шутливо оправдывается он. Пытаюсь закрыться ладонями, но он хватает меня за руки и мягко опускает их под воду, прижимая к моему телу. – Ты видела мои песни. А ведь там были и совершенно никчемные тексты. – Я собираюсь с этим поспорить, но он не дает мне и слова вставить. – Ну же. Прочти мне это стихотворение, Сэм. – Улыбка у него добрая, заразительная, ободряющая, и еще эта его ямочка… какой же он красивый.

И снова «Сэм».

Тихо выдыхаю. Закрываю глаза. Набираю полные легкие воздуха.

Внутренний голос шепчет: «Замолчи!» – но я не слушаю его, хотя раньше всегда ему повиновалась. И тут сознание захватывает новая мысль.

Скажи ему.

– «Я искала совсем не тебя, а себя», – начинаю я. Голос у меня несмелый и тихий. – «Но вот рядом ты, и в тебе я себя обретаю».

Меня накрывает волной паники. Я высказала слишком многое. И могла это предусмотреть. Кэролайн ошибалась, когда говорила, что мне нужно расслабиться.

Будь она проклята, эта болтовня обо всем на свете.

Не успеваю я открыть глаза, как чувствую прикосновение его лба к моему. А в следующий миг его руки скользят по моей спине, а губы нежно прижимаются к моим, словно я только что не сморозила полную чушь. Он целует меня… И его поцелуй такой теплый, ласковый и бесподобный… я раскрываю губы и обнимаю его за шею. Губы у него с мятным привкусом, кожа пахнет хлоркой, и я отвечаю на его поцелуй, вспоминая минуты, когда я представляла Брэндона на месте Эй-Джея, и то, как плохо эти фантазии заканчивались. Скольжу пальцами по его коже. Это реальность. Запускаю пальцы в его мокрые волосы. Это не сон.

Пожалуйста, пусть это будет правдой. А не очередной моей фантазией.

– Ты как? – спрашивает он.

Затем осторожно приподнимает мой подбородок, чтобы я не смогла отвести взгляда.

– Видишь, моя болтовня иногда бывает полезной, – тихо говорит он. – Начну первым. Я счастлив, что поцеловал тебя. Это желание проснулось во мне много недель назад, задолго до того, как ты побывала у меня в гостях, а сейчас я хочу поцеловать тебя снова.

Он покрывает поцелуями мой лоб, щеки, губы, и я отвечаю на его ласки, но он, судя по всему, улавливает мое замешательство, потому что отстраняется и вновь прижимается лбом к моему.

– Это нечестно. Я ведь не знаю, что у тебя на уме. Не надо подбирать правильные слова. Скажи как есть.

Это ошибка. Сама я ему не нравлюсь – ему нравится человек, в которого меня превратила Кэролайн. Он считает меня нормальной девчонкой, которая занимается плаванием и пишет стихи, но я совсем не такая. Меня атакуют навязчивые мысли, я плохо сплю и постоянно считаю до трех. А он сочиняет музыку и не боится показывать свои чувства… Я совсем его не заслуживаю.

– Это все не к добру, – говорю я и закусываю губы, плотно их сжав, чтобы ненароком больше ничего не сказать. Смотрю вниз, на воду, но в ней замечаю его отражение. Он не сводит с меня глаз, ждет моего ответа, безмолвно прося не молчать, закончить свою мысль.

– Сэм. – Он проводит большим пальцем по моей скуле. – Что не к добру?

Мои губы раскрываются и из них вылетают слова, словно сами собой, без моего участия.

– Ты слишком сильно мне нравишься.

Он снова целует меня, уже дольше и жарче.

– И замечательно, – шепчет он. – Потому что это взаимно.